История предприятия

Компания "Клинская леска" образована на базе цеха лески и щетины комбината «КЛИНВОЛОКНО» и сегодня это стабильное предприятие, оснащенное современным оборудованием, использующее новые технологии и материалы в производстве калиброванной монофиламентной капроновой лески. Первый в СССР комбинат синтетических волокон «КЛИНВОЛОКНО» являлся градообразующим предприятием, кузницей кадров и флагманом отечественной промышленности. История комбината тесно переплетается с историей нашей страны. Подробная летопись предприятия «КЛИНВОЛОКНО» по крупицам воссоздана коллективом единомышленников под руководством Г.П. Савина. Представляем этот уникальный материал на нашем сайте.

Пороховое производство (KЦ-2 - завод № 507)

В 1930 году на основании постановления правительства началось проектирование, а в дальнейшем организация строительства завода по производству вискозного пороха в Клину. Способ получения пороха из вискозного волоса был засекреченным советским изобретением, авторами которого являлись Д. А. Виноград и А.Г.Прелкова. Взрывная сила этого вида пороха значительно превосходила взрывную силу обычного пороха, изготовленного на хлопчатобумажной основе. Дня координации всех вопросов проектирования была создана специальная группа под руководством специалиста-пороховика И. Я. Какузина, которая располагалась в Москве, в здании Наркомтяжпрома на площади им.Ногина. В состав группы входили специалисты всех профилей: технологи, строители, механики, энергетики и другие.

В работе группы принимал участие и автор этих строк. Непосредственно выполнением проекта занимался Государственный проектный институт № 6 (ГПИ-6) при участии научно-исследовательского института № 6 (НИИ-6). В 1931 году началось строительство завода, зашифрованного как КЦ-2 (Клинский целлофан № 2). Начальником строительства (зам.директора по КЦ-2) был назначен И. Н. Кохов. Помощником начальника строительства по технологической части являлся Н. И. Язев, а главным инженером строительства -В.В.Чернышов. Земляные работы велись вручную, монтажными работами руководили старший механик ОКСа И. К. Либхин и начальник монтажа С. А. Таиров. Электромонтажными работами руководили А. Г. Кузнецов и автор этих строк. Сантехническими работами руководил Н. А. Светлов. Для всех работающих на строительстве КЦ-2, включая подрядные организации, был установлен 11-ти часовой рабочий день. Завод КЦ-2 был запроектирован в составе пяти производств. 1-ое производство для выпуска вискозного волоса располагалось в прядильном цехе основного вискозного производства.

Волос получали из вискозного раствора на существующих прядильных машинах, вискозный волос подвергался рубке на станках типа «Сан-Гали» в пристройке к прядильному цеху вискозного производства. 2-епроизводство состояло из многоэтажного здания, в котором приготовлялись кислотные растворы для нитрации рубленого вискозного волоса. 3-е производство с нитраторами и центрифугами для отжима желтого пороха располагалось в отдельном здании. 4-е производство, в котором происходила стабилизация желтого пороха спиртом-ректификатом, примыкало к зданию 3-го производства. 5-епроизводство, состоявшее из нескольких небольших зданий, обвалованных огромными массивами земли, было предназначено для сушки желтого пороха и последующей его графитовки, сортировки и повторной сушки. Обваловка зданий делалась для того, чтобы в случае взрыва, взрывная волна не повреждала соседних зданий, а направлялась вверх. В результате процесса графитовки порох приобретал название черного.

После сортировки и сушки продукт упаковывался в специальную тару для отправки потребителю. Изучение опыта работы пороховых заводов (например, Рошальского завода) показало, что часто причиной разрушительных взрывов на производствах было искрообразование, возникавшее при грозовых атмосферных разрядах и вторичных проявлениях молний, а также от возникновения статического электричества при трении частиц продукта между собой и ометаллические поверхности в аппаратах. Неисправность в системах обычного защитного заземления также могла послужить причиной возникновения искр. По инициативе руководства электрической части КЦ-2 были разработаны две самостоятельные системы заземления. Первая предусматривала противогрозовую защиту с учетом вторичных проявлений молний, а вторая, получившая название производственного заземления, защиту от возникновения статического электричества. К проектному решению вопросов противогрозовой защиты был привлечен Всесоюзный электротехнический институт, которым былразработан соответствующий рабочий проект. Государственным проектным институтом № 6 (ГПИ-6) был разработан проект производственного заземления. По проекту противогрозовой защиты были установлены диверторы (мачты) высотой до 20 метров с очагами заземления из газовых труб, забитых в землю.

На высоких зданиях были установлены диверторы меньшей высоты, которые соединялись с очагами заземления. Система производственного заземления аппаратуры также была объединена очагами производственного заземления. После окончания монтажа и ввода в работу обеих систем заземления был установлен строгий контроль за соответствием нормам сопротивления каждого очага заземления и каждой точки заземления. Результаты ежегодных замеров приборами величин сопротивлений фиксировались в специальном журнале. При расследовании причин имевших место взрывов и вспышек пороха этот журнал предъявлялся в комиссию по расследованию и представлял собой «алиби» для электротехнического персонала. В течение одиннадцатилетнего периода выпуска пороха на производстве не произошло ни одного случая взрыва или вспышки по причине искрообразования в сетях и установках электрической части. В 1934 году был пущен первый агрегат и получена первая партия нового взрывчатого вещества. На первом агрегате можно было получать ежесуточно до I тонны пороха. Полная мощность завода предусматривала ежесуточный выпуск до 18 тонн. Начальником КЦ-2 был назначен Д. И. Корнеев. Должность главного инженера КЦ-2 занял М. Г. Помпик. Д. И. Корнеев предложил руководителям производственных подразделений провести испытание нового взрывчатого вещества. В поле на пустыре к северу от Клина был сооружен вал высотой в полметра. В 80-100 метрах от него было высыпано в виде конуса два мешка пороха. Укрывшись за земляным бруствером, лежа лицом к пороховому конусу, мы произвели выстрел из боевой винтовки по конусу. Взрыв огромной силы потряс окрестности, громадное пламя взметнулось вверх. Над нашими прижатыми к земле головами пронеслась взрывная воздушная волна и потом все стихло.

В наладке и освоении технологического процесса производства вискозного пороха самоотверженно трудились инженеры НИИ-6 А.П.Клокотов, В. Н. Бодний, К. А. Мудрак, а также вновь назначенные из числа молодых специалистов начальники и технологи производств. Производство № I возглавляли Н. И. Язев и В.А.Демидова, а затем В. Г. Хмелинский; производство № 2 — И. Г. Шимко; производство № 3 — А. Я. Кипперман, затем В. В. Шульга, Г. И. Ковалишин, С. Н. Мелентьев; производство № 4 — Э. Я. Зарина, а затем Н. И. Рыхлов и Г.С.Левин; производство № 5 — С. Н. Мелентьев, И. Ф. Лямзин, затем И. Ф. Широков. Особую опасность представляло собой производство № 3, в котором на стации отжима желтого пороха в центрифугах часто происходили вспышки, в результате которых в цехе вылетали рамы остекления окон, а рабочие получали ожоги и травмы. Помещение наполнялось едкими удушливыми коричневыми парами смеси азотной и серной кислот, от вдыхания которых наступало отравление людей, сопровождавшееся ожогами легких и невыносимым кашлем. Опасные последствия на стадии стабилизации пороха могли вызвать железные болты, гайки, шайбы, куски сварочных электродов, которые оставались в стабилизаторах после монтажа и ремонта. Эти детали при выгрузке продукта могли вызвать искру, проходя на большой скорости по железным трубопроводам. Искрообразование могло также возникнуть и на последующих стадиях производства в аппаратах сушки, графитовки, сортировки. Это явление могло привести к взрывам огромной разрушительной силы. Руководством электроцеха КЦ-2 был сконструирован и создан трубчатый магнитный сепаратор, который встраивали в окончание выгрузочного трубопровода стабилизатора. В этом сепараторе на небольшом расстоянии друг от друга располагались железные «пальцы» различной магнитной полярности. Проходящий мимо этих «пальцев» железный предмет прочно «схватывался», замыкая полюса сепаратора. Сепаратор питался постоянным током от специально установленного генератора. По окончании выгрузки стабилизированного желтого пороха включался ток и железные детали потоком воды вымывались из сепаратора в емкость с ситом. Как правило, «улов» деталей после ремонта составлял до I килограмма веса. Обстановка строжайшей секретности вокруг производства вискозного пороха была внезапно рассеяна телеграммой из Германии, извещавшей об отгрузке центрифуг. В телеграмме был указан адресат, которому предназначались центрифуги: «Клинскому пороховому заводу»… и т.д.

Такая откровенная телеграмма вызвала шок у руководства предприятия, для которого подобное «откровение» могло закончиться непредсказуемыми последствиями со стороны «органов». Но дело как-то обошлось, никто не был ни снят с работы, ни выслан. В 1934 году на КЦ-2 прибыло пополнение из молодых специалистов — механиков: Д. Д. Рымаря, ставшего главным механиком КЦ-2, В. Я. Радченко, А. Я. Божко, которые стали механиками производств КЦ-2. Позднее к ним присоединился С. П. Новиков. Из слесарей и электромонтеров помнятся: Г. Мартистов, А. Г. Ефимуркин, Д. Евстигнеев, А. Катаев. Из работников управления КЦ-2 следует назвать бухгалтера К. Г. Синельникова, впоследствии ставшего главным бухгалтером объединения «Химволокно», экономистов О. Н. Глаголеву, К. Ф. Шеварова и К.И.Волкову. Эксплуатацией электрического хозяйства руководил начальник электрической части КЦ-2 — автор настоящих строк. В 1939 году был полностью закончен монтаж всех производств на проектную мощность. Начальником КЦ-2 после Д. М. Корнеева был назначен А. Ф. Даруев. До начала Великой Отечественной войны производство продолжало выпускать продукции не более I тонны в сутки. В предвоенные годы на фабрике была создана и хорошо организационно-технически отлажена служба местной противовоздушной обороны (МПВО). Созданные службы оповещения и связи, светомаскировки, медицинской, противохимической защиты периодически проводили учебные тренировки, что позволило в годы войны избежать многих потерь. Подземный командный пункт МПВО представлял собой зарытые в землю два железных бака диаметром около 3-х метров и общей длиной около 12 метров. Для каждого начальника службы был установлен стол, оборудованный телефоном. В столах лежали рабочие инструкции по организации работ в условиях «угрожаемого положения», «воздушной тревоги». Автору этих строк довелось быть начальником двух служб, одной из которых была служба оповещения и связи, а второй -служба светомаскировки.

Вспоминается, как в одну из учебных тренировок по светомаскировке объекта, по заранее намеченной программе был вызван из Москвы самолет, в котором начальник светомаскировки объекта вместе с секретарем парткома П. В. Пашковым (заместителем начальника объекта по политической части) взлетели с пахотного поля в районе теперешнего станкозавода для проверки состояния светомаскировки объекта глазами воображаемого летчика, ведущего свой самолет на бомбежку объекта. Внизу под крылом самолета скорее угадывались, чем виделись контуры заводских корпусов, так знакомые по чертежу генплана объекта. Светомаскировка выполнялась путем закрытия многочисленных оконных проемов специально установленными темными шторами. Это был незабываемый ночной полет, в течение которого отмечены в общем-то неплохие результаты выполненной светомаскировки объекта. Заместителем начальника объекта по МПВО являлся Н. И. Скрябин, начальником штаба был М. Ф. Романов. Они много сил и энергии вложили в хорошо оправдавшую себя систему противовоздушной обороны. Активную роль в работе штаба МПВО выполняли Н. А. Шватрова и В.В.Гурина. 22 июня 1941 года стоял прекрасный солнечный день. Многие собрали узелки с вкусной пищей для пикников за городом. Около 12 часов дня с ТЭЦ раздался продолжительный гудок… Чертыхаясь и думая, что кому-то в этот солнечный выходной день приспичило проводить очередное учение по противовоздушной обороне, мы спешили на объект вместе с секретарем парткома Г. Н. Гуреевым. Он сетовал на то, что его жена приготовила отличный студень, и стоило ей поставить на стол поллитра водки, как раздался этот противный гудок. По прибытии на фабрику мы узнали, что причиной испорченного воскресного обеда была начавшаяся Великая Отечественная война. Мы приступили к выполнению своих обязанностей по линии МПВО, которые длились в течение последующих долгих четырех лет. С началом Великой Отечественной войны выпуск искусственного шелка был прекращен, а пороховое производство стало выполнять план выпуска продукции. Фабрика «Клинволокно» получила новое название — «Завод № 507». В связи со стремительным продвижением немцев к Москве, Государственным Комитетом обороны (ГКО) было принято решение об эвакуации оборудования порохового производства и энергетического комплекса в г.Кустанай — с тем, чтобы там построить новый завод, которому присвоили название «Завод № 507а». Война обрушилась на головы людей совершенно неожиданно. О ней думали, как о какой-то отдаленной перспективе, т.к. пресса усиленно и упорно утверждала, что разговоры о нападении Германии на Советский Союз являются злостными измышлениями врагов СССР и Германии. Организационная неподготовленность производственного коллектива фабрики «Клинволокно» — завода № 507сказалась в том, что в первые же дни войны коллектив недосчитался многих квалифицированных рабочих и специалистов из-за несвоевременного оформления броней, закрепляющих их за производством военной продукции.

Запоздалое и спешное оформление «броней» позволило закрепить за производством лишь единицы квалифицированных рабочих и специалистов. Так, например, вместо мобилизованных в армию электромонтеров пришлось в качестве дежурных электриков на электроподстанциях посадить на телефоны неквалифицированных женщин-крутильщиц. Не застала война врасплох лишь цеха КЦ-2, на персонал которых быстро были оформлены «брони» по заранее подготовленным спискам. Эвакуация оборудования, а также основных энергетических узлов и коммуникаций, происходила в сложных условиях. Прибывший главный инженер ГУИВа Ф. И. Лаврушин возглавил работы по демонтажу и эвакуации оборудования. Ф. И. Лаврушин с первого и до последнего дня эвакуации безвыездно находился заводе № 507. Ежедневно он докладывал по телефону члену Государственного Комитета обороны А. Н. Косыгину о ходе отгрузки оборудования. На подъездные пути производств регулярно подавались железнодорожные составы из крытых вагонов, которые загружались оборудованием и материалами. Ответственность за комплектность технологических и энергетических узлов, линий и оборудования возлагалась на руководителей соответствующих подразделений производств, цехов и отделов. Главный инженер фабрики И. Г. Суханов руководил демонтажем и отгрузкой технологического оборудования химического и прядильного цехов вискозного производства. Электротехническое оборудование и коммуникации ТЭЦ и всех производств демонтировались и отгружались под руководством автора этих строк, а технологическое и механическое оборудование производств и цехов — под руководством начальников и механиков соответствующих подразделений: И. Г. Шимко, А. М. Соколова, Г. И. Ковалишина, И. Ф. Широкова, А. С. Стулова, С. П. Новикова, С. Н. Мелентьева. Теплотехническое оборудование ТЭЦ эвакуировалось под руководством начальника ТЭЦ П. А. Долгова и заведующего паросиловой частью В. И. Радченко.

Демонтаж и отгрузку оборудования водоснабжения проводил В. В. Трутовский, а станочного — главный механик А. С. Стулов. В сентябре 1941 года все работающие на заводе были переведены на казарменное положение, что обязывало их круглосуточно находиться на территории завода. Спали в служебных помещениях. Кратковременные отлучки допускались лишь с разрешения руководства завода. Во время тяжких осенне-зимних месяцев 1941 года в газете «Правда» появлялись статьи, подписанные полковником К. Рокоссовским, в которых приводился объективный и правдивый анализ военных действий. Несмотря на казавшуюся безнадежность обстановки, в статьях обосновывалась уверенность на перелом войны в нашу пользу. Редкие одиночные налеты на Клин немецкой авиации, происходившие в августе-сентябре, по мере приближения фронта начали учащаться. Налеты сопровождались сбросом небольших фугасных бомб и пулеметными обстрелами территории завода, а также войск, направлявшихся по Ленинградскому шоссе на северо-запад. Фашистская авиация полностью господствовала в воздухе. Массовая бомбежка Клина произошла 29 октября 1941 года, когда большая группа бомбардировщиков в несколько заходов обрушила на центр города и жилые кварталы свой смертоносный груз. Погибло много людей, стоявших в очередях у магазинов, пострадал стекольный завод.

Противник легко мог бы поразить теплоэлектроцентраль, мирно дымящую своими трубами, но это, видимо, не входило в планы немцев. На территорию завода № 507 падали лишь одиночные бомбы, не причинившие существенного ущерба. Сброшенной на территорию одной из небольших бомб, был убит боец пожарной охраны. Происшедшая 16 октября 1941 года в Москве известная паника не миновала и Клина. На заводе были разграблены склады: директор завода К. Ф. Цепневский отдал приказ слить в канаву весь спирт, хранившийся на складе. Немецкая авиация разбросала листовки, в которых населению предлагалось отойти от железной дороги не менее, чем на 10 километров. В противном случае немцы грозили уничтожить всех, не выполнивших этого ультиматума. Завод опустел. Работники разошлись по деревням. Сформированные партизанские группы покинули завод и ушли в лес. На заводе остался лишь штаб МПВО, состоящий из руководящих работников. Сильно поредел и дежурный персонал ТЭЦ, водоснабжения и связи. Телефонисток ручной телефонной станции пришлось перевести на казарменное положение под вооруженной охраной. Все работы по эвакуации оборудования были приостановлены. Железнодорожные составы стояли пустыми, К директору завода К. Ф. Цепневскому пришли несколько полковников в полевой форме. О содержании разговора их с директором никому не было известно. После их ухода из кабинета директора послышался выстрел. К. Ф. Цепневский покончил жизнь самоубийством. Обязанности директора принял на себя Ф. И. Лаврушин. За несколько дней до этого из Клина в Кустанай была отправлена большая группа женщин и детей, в основном из семей руководящего состава завода. Для выполнения работ по эвакуации оборудования было необходимо вернуть на завод разбежавшихся рабочих. И выход был найден: торговлю хлебом и другими продуктами перенесли на территорию завода. Хлеб выдавали по указанию начальников цехов, которые подтверждали ежедневными списками фамилии лиц, отработавших данный день.

Эта мера возымела свое действие: большинство рабочих вернулось и возобновило работу. После массированного воздушного налета на Клин 29 октября наступило относительное затишье, сопровождавшееся, однако, частыми обстрелами с воздуха из крупнокалиберных пулеметов. Рабочие, занимавшиеся демонтажем и отгрузкой оборудования, успевали уйти в укрытия, и на стенах зданий оставались лишь следы от пуль. Небольшими бомбами разрушались линии воздушной связи, которые удавалось быстро восстанавливать электромонтерам связи, таким как Ф. Н. Лупачев и Н.А.Рожков. Человеческих жертв на территории завода 507 не было. Пулеметные обстрелы наносили урон частям конницы генерала Доватора, направлявшимся по Ленинградскому шоссе к линии фронта. Конница несла потери в людях и лошадях. Для питания работающих было возобновлено приготовление обедов в столовой завода. К 7 ноября 1941 года трудовой коллектив, переведенный на казарменное положение, круглосуточно находился на территории завода. Близость фронта и возможность внезапного его прорыва привели к необходимости чрезвычайных мер: многим были розданы противотанковые гранаты и бутылки с зажигательной смесью. Ложась спать в кабинетах и служебных помещениях, мы знали, что это оружие может нам пригодиться в борьбе с немецкими танками. 7 ноября к нам в управление пришли в гости партизаны из леса. Мы слушали по радио сообщение с парада на Красной площади в Москве. 18 ноября 1941 года, когда фронт приблизился к Клину и находился в районе Завидово, произошла вторая массовая бомбежка, которая продолжалась весь день, когда буквально нельзя было высунуть носа из укрытий. На Высоковской ТЭЦ были взорваны турбина и котел. Из воинских частей на завод пришли минеры для подготовки взрыва оставшейся в работе одной турбины и котлов, но этот взрыв не был осуществлен. 21 ноября 1941 года, за два дня до вступления немцев в Клин, на завод прибыл секретарь горкома партии Н. И. Скрябин.

В кабинет директора вызывались члены партии, руководившие службами МПВО и одновременно возглавлявшие работы по демонтажу и эвакуации оборудования. Им задавался вопрос, куда они желают быть направленными: в армию или в партизаны? Не исключалась и возможность эвакуироваться в г.Кустанай. Большинство выбирало последний вариант. Запомнился ответ начальника отдела кадров П. М. Комарова. Он мужественно сказал: «куда партия прикажет!». В этом героическом, самоотверженном и трогательном ответе сказалась честность и порядочность патриота своей Родины. П. М. Комаров ушел в партизаны. 22 ноября из Клина отправился последний товарный вагон с руководителями эвакуации оборудования, среди которых был и автор этих строк. Прибыв на станцию Ховрино, мы узнали, что Солнечногорск уже занят немецкими танками, то есть мы чудом проскочили через смертельное кольцо окружения и не были расстреляны из танковых орудий. В конце декабря 1941 года в Кустанай прибыли последние железнодорожные составы с оборудованием, а также группа специалистов, руководивших эвакуацией оборудования из Клина. Эта группа влилась в состав проектировщиков ГИПРОИВа (Государственный Институт по проектированию предприятий искусственного волокна) и занялась разработкой проектов теплоэлектроцентрали и цехов завода № 507а, существовавшего в то время лишь на бумаге. Через некоторое время после освобождения Клина от немецких захватчиков, ГКО(Государственный комитет обороны) было принято решение о восстановлении завода № 507 в Клину. В феврале 1942 года в Кустанай поступила секретная телеграмма: «под ответственность Суханова, Савина, Трутовского отгрузить в Клин оборудование на выпуск готовой продукции 10 тонн в сутки». Телеграмма была подписана членом ГКО, министром путей сообщения Л. М. Кагановичем. Срок отгрузки в поданные железнодорожные составы устанавливался 72 часа. Оборудование, лежавшее в беспорядке вдоль железнодорожных линий, было завалено снежными сугробами, и разобраться в этой кутерьме в такой срок было почти непосильной задачей. Малейшее нарушение комплектности технологических линий и энергетических узлов, или отгрузка излишних, грозили срывом своевременного пуска производств на заводах № 507 и № 507а. В распоряжение каждого из указанных в телеграмме ответственных лиц было введено по две роты солдат, работавших по 12 часов в сутки. Немедленно начали подаваться железнодорожные составы.

Трое суток без сна и забыв о еде, мы определяли по памяти необходимое оборудование и разыскивали его в снежных завалах. Ответственность за безошибочное решение задачи определялась суровыми законами военного времени. В поиске и отборе технологического оборудования, подлежащего отгрузке из Кустаная в Клин, приняли деятельное участие те самые специалисты, которые демонтировали его ранее в Клину: И. Г. Шимко, С. П. Новиков, Г. И. Ковалишин, И. Ф. Широков, А. С. Стулов и другие. Поставленная задача по отгрузке оборудования была выполнена в срок. В середине марта 1942 года оборудование прибыло в Клин. К этому же сроку вернулись из Кустаная и специалисты, покинувшие Клин на время оккупации его немцами. Постановлением ГКО срок восстановления и пуска завода № 507 в Клину был установлен 1 мая 1942 года. Обязанности директора завода принял на себя начальник ГУИВа Н. И. Морозов. Общее руководство строительно-монтажными работами осуществлял отозванный из армии Л. К. Шифрин. Непосредственно строительными работами руководил начальник строительного отдела М. И. Полянский. Ранее вернувшимися с лесной базы партизанами была организована под руководством П. В. Лебедева установка дизель-генератора мощностью 50 киловатт, который обеспечил первоочередные нужды освещения и работы станков.

Установка и эксплуатация дизеля проводилась опытным мастером И. В. Качаловым. Первыми восстановительными работами по электрической части руководил А. Н. Глаголев. В марте 1942 года из блокированного Ленинграда прибыла в Клин группа в составе Н. Я. Алехина, А. М. Павлова, Н. В. Поликарпова, И. М. Фримштейна. Вместе с ними приехала группа из 200 человек несовершеннолетних учащихся ремесленного училища: слесарей, электриков, строителей. Прибывшие 20 электриков, работая под руководством опытного, заботливого и неутомимого мастера электрической части КЦ-2 А.И.Борисова и заместителя начальника электроцеха А. Н. Глаголева, будучи несмышленными подростками, вскоре приобрели необходимые монтерские навыки и вынесли на своих плечах значительную часть восстановления электрических сетей и узлов. Из их числа С. Р. Антипенко и П.И.Стрижонок в дальнейшем окончили вечерний техникум и стали начальниками цехов, а В.М.Мацуков стал мастером электроцеха. Н. Я. Алехин был назначен директором завода № 507, А. М. Павлов — главным механиком завода. Срок, установленный ГКО для восстановления и пуска завода № 507, был выполнен. Парторгом ЦК ВКП(б) в это время был А. И. Авакян. 1 мая 1942 года задымили трубы ТЭЦ и была пущена оставшаяся неэвакуированная турбина мощностью 4000 киловатт. В восстановительных работах по пуску ТЭЦ много сил и энергии вложили начальник ТЭЦ В. И. Радченко, руководитель электрической частей ТЭЦ С. А. Никитин, турбинный мастер И. А. Качалов, бригадир слесарей И. М. Мазунов и другие. Недоедая и недосыпая, они руководили своими участками работ и обеспечили в срок подачу электроэнергии и пара для разворота производства. В мае 1942 года заводом были выданы первые партии вискозного пороха для начинки снарядов, идущих на фронт. Восстановлением производств и наладкой производственных процессов руководили те же самые специалисты, которые эвакуировали оборудование в Кустанай и возвращали его обратно в Клин. В течение летних месяцев 1942 года ежемесячный выпуск пороха составлял до 280 тонн. Вместе с этим в районе теперешнего поселка имени 31 Октября было сооружено и налажено 6-е производство, выпускавшее минометные заряды.

Начальником этого производства являлся И. М. Фримштейн. Шестого производства не существует уже около пятидесяти лет, но до сих пор бытует в народе название автобусной остановки «Шестое». Основной частью рабочих завода № 507, выполнявших технологические операции, были женщины. Мужская часть рабочих состояла из профессий слесарей, электромонтеров, водопроводчиков, канализаторов, станочников. Главным инженером всего завода являлся М. Г. Помпик. Молодые специалисты, окончившие техникумы и институты, прибывшие на завод № 507 в 1941-1944 годы, в основном работали начальниками смен производств. Среди них А. С. Фомина, Т. Д. Зименкова, Е. И. Челнокова, А. Я. Цедилина (Васильева), А. М. Никитина, Д. З. Макашутина (Боброва), Л. П. Полякова (Радченко), М. М. Фролова и другие. Прибывшая в 1943 году на завод молодой специалист В. А. Сизова была направлена в отдел главного энергетика (ОГЭ) на должность контролера по расходу энергоресурсов, а в дальнейшем стала начальником группы энергоконтроля ОГЭ. Помнятся фамилии ряда рабочих — аппаратчиков цехов завода, вложивших много сил в производство вискозного пороха. Среди них: В. С. Рыжечкина, Л. Суворова, А. И. Тимофеев, О. В. Верменич, А. С. Филина, М. Ферапонтова и другие. Инженерами Н. Я. Алехиным, И. Г. Шимко и В.Г.Хмелинским была закончена и внедрена ранее начатая технологическая разработка вискозного волоса с цилиндрическим отверстием, придавшим пороху повышенные взрывные свойства, что сделало его пригодным для тяжелых снарядов. В конце 1942 года на производстве № 3, в отделении нитраторов и центрифуг, произошел взрыв огромной силы, разрушивший значительную часть здания производства. Человеческие жертвы составили 9 человек. В грудах искореженных железобетонных балок лежали умирающие люди, раздавленные обломками железобетона. Тела некоторых были проткнуты насквозь железной арматурой. Пытаясь спасти несчастных, сварщики разрезали автогеном арматуру и извлекали ее из тел умирающих. Это было душераздирающее зрелище. Комиссией было установлено, что причиной взрыва явилось нарушение технологического режима производства пороха. Суд приговорил к длительному тюремному заключению начальника производства № 3 Н.В.Коробкова и начальника смены этого производства В. И. Назарьева. Главный инженер завода М. Г. Помпик был оправдан. Тюремное заключение Н. В. Коробкову и В.И.Назарьеву было заменено направлением в штрафной батальон, из которого Н. В. Коробков через год после легкого ранения вернулся на производство. В. И. Назарьев вернулся лишь после войны. Вместо Н. В. Коробкова начальником производства № 3 стал Г. И. Ковалишин.

В конце 1942 года в Клин вернулся из эвакуации И. Г. Суханов, который стал главным инженером завода. Его заместителем по спецчасти (пороховой части) был утвержден И. Г. Шимко. В течение двух месяцев после взрыва в соседнем помещении были смонтированы уцелевшие нитраторы, а вместо центрифуг для отжима желтого пороха установлены статические отжимные аппараты, после чего взрывы прекратились. В начале 1943 года производство пороха было полностью восстановлено и завод вновь начал выполнять план по его выпуску. Летом 1943 года произошел взрыв на производстве № 5: взлетело на воздух здание № 4 сортировки черного пороха, а вслед за ним взорвалось от детонации здание № 5 — сушки черного пороха, не защищенное земляным валом. Погибло два человека. Ответственность за взрыв легла на начальника производства № 5 И.Ф.Широкова, который судом был приговорен к длительному тюремному заключению, замененному ему направлением в штрафной батальон. И. Ф. Широков погиб на фронте смертью храбрых. Это был близкий нам всем член дружного трудового коллектива. Он любил вслух читать произведения В. Маяковского. Больно было на душе за него. Начальником производства № 5 был назначен С. Н. Мелентьев, а после его ухода в феврале 1945 года — Л. П. Полякова (Радченко). Разрушенные здания и оборудование были восстановлены и вновь производство пороха заработало полным ходом. Третий взрыв прогремел летом 1944 года, когда взорвался бак с отстоем отжимной смеси азотной и серной кислот после отжимных аппаратов. Баки эти располагались вблизи от здания нитрации на открытом воздухе. Взрыв разметал на большое расстояние железные конструкции крепления баков и повредил соседние баки. Получил ранение мастер отделения слива отработанных кислот В. И. Красильников. Расследование причин взрыва показало, что на дне баков, при сливе в них отработанных кислот, накапливался слой нестабилизированного желтого пороха, который, при отсутствии в нем жидкой среды, легко самовоспламенялся. При вымывании этого осадка было подано недостаточное количество воды, что и привело к взрыву. Несмотря на перебои в энергоснабжении из-за высокой влажности торфа, превышавшей 55 процентов, а также частых перебоев в его доставке, коллектив завода все же выполнял план производства пороха, за что постоянно награждался переходящими Красными Знаменами Государственного Комитета обороны. После окончания войны решением ГКО это знамя было оставлено заводу на вечное хранение. В 1943 и 1944 годах две группы специалистов дважды были награждены орденами и медалями СССР. Среди них Н. Я. Алехин, И. Г. Шимко, Н. К. Евлампиев, Н. П. Григорьев, В. К. Пономарев, Г. П. Савин, П. М. Комаров, Г. И. Ковалишин и другие. Награды вручались в Георгиевском зале Кремля председателем Верховного Совета СССР Н. М. Шверником.

С окончанием Великой Отечественной войны в мае 1945 года выпуск пороха был прекращен, и завод № 507 полностью перешел на производство вискозной текстильной нити. Большой вклад в решение задач, стоявших перед заводом в военное лихолетье, внесли Н. Я. Алехин и И.Г.Шимко. Будучи директором завода, Н. Я. Алехин был строгим, требовательным руководителем. Часто его эмоциональные выпады вызывали недовольство и обиду у руководителей цехов и отделов. Но когда человек попадал в беду и над ним заносил руку карающий орган, директор неизменно выручал своего подчиненного. Н. Я. Алехин даже в самые напряженные дни работы занимался вопросами экономики. Являясь приверженцем хозрасчета, он регулярно собирал калькуляционные совещания, на которых разбирались вопросы себестоимости продукции, пути ее снижения, создания условий материальной заинтересованности работников в результатах своего труда. Это был настоящий боевой директор военного времени. После окончания войны Н. Я. Алехин стал главным инженером Главного Управления Искусственных Волокон. Без преувеличения можно сказать, что заместитель главного инженера завода И. Г. Шимко был душой производства. Он и днем и ночью бывал в цехах, где непосредственно на рабочих местах с руководителями подразделений разбирал все возникающие вопросы и принимал необходимые меры к устранению препятствий. Лично им было внесено и реализовано много творческих нововведений, изобретений и рационализаторских предложений. В военные годы также славно потрудились многие кадровые рабочие.

На производстве № 1: П.П.Антропеева, И. К. Безрукова, Е. П. Андреева, Е. М. Бочкарева, А. С. Гусева, Л. А. Демидова, Е. И. Смирнова, К. М. Тузов, М. И. Федорова, Н. И. Баскакова, Ф. В. Зотова, А. М. Казакова, М. А. Маркина. На производстве № 2: М.М.Диховицкая, З. И. Еременко, А. М. Борисовская, А. М. Кирюшина, А. В. Третьякова, Н. А. Шалаева. На производстве № 3: И.Новожилова, Карасева, Красильникова, Урманов, Фролов, Базельчук, Н. Митюшев, Мачков, Волков, А. М. Дементьева, Мурашова. На производстве № 4: Торбенков, М. П. Митюшова, А. В. Клюева, Е. И. Крылова, А. Ф. Безбородова, В. А. Бутылкин. На производстве № 5: А.Г.Хайрудинова, Е. А. Сафонова, М. И. Кирсанов, А. И. Данилова, Е. А. Щербакова, Л. В. Трещина, М. А. Слепова, В. Г. Пирожкова, А. Я. Перова, Н. И. Козлина, Е. С. Новикова, Е. А. Балова, А. Т. Васильева. На производстве № 6: М.С.Королева, А. А. Рьжова, З. И. Рончашова, М. М. Русакова, М. В. Кузьминова, Е. Е. Гусева, К. М. Грудастова, А. Е. Донцова, П. П. Жиркова, И. Н. Иваненкова, М. В. Калинина, Н. П. Кочетова, А. С. Крыленко и многие другие. Не всем работникам нашего предприятия, ушедшим на фронт, довелось дожить до Дня Победы. Смертью храбрых за честь и независимость нашей Родины погибли: Л. И. Абросимов, А. А. Александров, Н. И. Антонов, С. М. Антонов, Д. Е. Апальков, И. М. Аристов, В. Д. Барабанов, И. М. Барулин, А. Д. Белов, П. И. Бердышев, К. А. Бликанов, И. Ф. Борисов, В. С. Бубнов, Г. М. Бутусов, Ф. В. Бушин, И. Г. Бычков, Б. К. Васильев, Ф. М. Володин, А. И. Воскресенский, С. П. Герасимов, С. Е. Глазков, С. А. Голубев, А. П. Гонков, Б. А. Гонков, Л. А. Гурвич, А. Л. Гусев, Г. Ф. Гусев, Ф. В. Гущин, Н. В. Данилин, Н. А. Дороднов, Б. С. Дульдин, И. П. Евстигнеев, И. Н. Еськов, М. Ф. Ефимуркин, А. М. Жирнов, А. А. Журавлев, В. И. Зайцев, К. Ф. Захаров, К. В. Зеленев, Н. В. Зеленев, Я. А. Земсков, И. Я. Зибров, А. С. Иванов, П. И. Иванов, М. И. Исшин, В. М. Карасе в, А. И. Иванов, Я. А. Кавтаськин, И. И. Качалов, А. М. Кириллов, С. М. Кириллов, П. А. Козлов, А. М. Кокарев, П. С. Комшуков, Г. И. Качашкин, П. Г. Кочегаров, Н. М. Красавин, М. И. Крюков, Н. П. Кузнецов, И. А. Кузьмин, Г. В. Кулаков, С. Т. Кулаков, Г. Я. Куликов, И. П. Курицын, Е. М. Кучерявый, Д. А. Лабутин, Д. Я. Легков, Н. И. Лермонтов, В. А. Лысенко, С. А. Лысенков, Н. Г. Мазов, А. Я. Мазунов, А. С. Мазунов, М. С. Мазунов, Е. Ф. Мальков, М. Е. Мальков, Д. С. Малышев, М. Г. Маркистов, A. Ф. Мартынов, В. М. Маслов, П. В. Мизеруха, В. А. Милованов, Г. Г. Молоканов, И. И. Морозов, И. П. Нестеров, Н. А. Никитин, П. Г. Никитин, Е. П. Никитушин, А. П. Новиков, А. П. Носков, Д. В. Образцов, З. А. Обухов, Е. И. Орехов, М. С. Павлов, Н. М. Панкин, С. В. Пересьшкин, М. А. Пируев, В. Н. Повалишин, И. И. Полуэктов, И. А. Поляков, И. Н. Поляков, С. С. Поляков, Я. Н. Поляков, А. С. Попов, Д. И. При воз но в, М.С.Растегин, А. А. Резвяков, С. Г. Репников, А. И. Рогов, Ф. В. Родионов, А. А. Рожков, Д. Д. Романов, А. А. Савастьянов, А. М. Самсонов, В. С. Самсонов, Н. А. Серов, И. И. Сиганьков, П. Е. Силаев, Н. С. Сиренко, В. М. Сорокин, А. В. Страшнов, А. И. Страшно в, А.А.Трифонов, А. И. Трифонов, Н. И. Трифонов, И. К. Тюков, М. К. Тюков, Ф. А. Тюков, И. В. Дадеев, В. П. Федотов, Д. Н. Филимонов, И. Н. Филимонов, Н. Н. Филимонов, Ф. Ф. Филипов, Я. Г. Фонов, М. В. Хорьков, Н. П. Хорьков, Н. С. Хромов, И. Н. Цветков, Н. Д. Черных, Г. Г. Чубуков, К. Д. Шеваров, С. В. Шенберов, А. И. Шершевский, И. Ф. Широков, С. В. Эктов, П. М. Юмашев, А. А. Ягупов, С. С. Белов, В. В. Бойков, В. В. Кавтаськин, С. С. Калинин, А. Я. Осипов, Г. Ф. Плужник, С. Я. Чуркин, П. К. Панин, И. И. Петров, Г. С. Попов, П. Д. Кузнецов, И. В. Маркин, В. Ф. Головкин, В. И. Глухов, Я. Д. Волков, И. М. Капустин, И. Ф. Кулаков, А. М. Кудинов, И. А. Мельников. Эти имена навечно останутся в сердцах родственников погибших и в памяти их соратников по работе. Вечная слава героям !

 

 Н.Я. Алехин

foto011.jpg

И.Г.Шимко


foto012.jpg

 Г.И.Ковалишин

foto013.jpg

 С.Н.Мелентьев

foto014.jpg

 С.П.Новиков

foto015.jpg

 М.М.Фролова

foto016.jpg

 Л.П.Радченко

foto017.jpg

 В.С.Рыжечкина

Назад к списку



Яндекс-метрика